05.22.2017 19:33
XƏBƏR MENYUSU
Axtar
...
№ 1
2004-cü ilin dekabr ayından çıxır.
Təsisçi
Azərbaycan Beynəlxalq Avtomobil Daşıyıcıları (ABADA) İctimai Birliyi
Azərbaycan Respublikası Ədliyyə Nazirliyi Hüquqi Şəxslərin Dövlət Qeydiyyatı üzrə Bakı Bölgə Şöbəsində 16 sentyabr 2004-cü il tarixdə dövlət qeydiyyatına alınmışdır.

ŞƏHADƏTNAMƏ: 0104-P72-40981

ЕВРОПЕЙСКИЙ ОПЫТ

 

М.Р.АБСАТТАРОВ (Казахстан),

кандидат юридических наук.

 

В последнее время успех Европейских сообществ на пути последовательной реализации предпринятых еще в 50-х годах XX столетия интеграционных инициатив, которые привели к созданию на их основе Европейского Союза, вызывает возросший интерес юристов-международников, все чаще обращающихся к накопленному теоретическому и практическому опыту их деятельности. На сегодняшний день международные региональные организации, включающие вначале только шесть западно-европейских государств (Бельгию, Германию, Голландию, Италию, Люксембург и Францию), представляют собой уникальное явление международного права, оказывающее существенное влияние не только на национальное законодательство стран-участниц, но и на международный порядок. Европейский Союз - это объединение независимых государств, обладающее некоторыми чертами федерации и одновременно приближающееся по своим характеристикам к конфедерации [1]. В его состав входит двадцать семь государств, которые по-прежнему являются суверенными и независимыми по строгим критериям и, соответственно, сохраняют собственную международную правосубъектность, а их население сегодня составляет более 500 млн. человек. При этом Евросоюз консолидирует страны с разными правовыми системами и традициями, однако разнообразие характеристик не стало препятствием на пути к интеграции, к тому же были найдены эффективные правовые способы и механизмы, реализуемые поэтапно и с большой осторожностью, что делает выбор многих европейских государств в пользу единой Европы привлекательным и результативным. Вышеприведенные факты лишний раз показывают, что исследования опыта функционирования Европейских Сообществ (далее - ЕС) и Евросоюза и их правовой природы является важным и актуальным. В данном контексте особое место занимает один из основных институтов ЕС и Европейского Союза - Европейский Суд, обеспечивающий судебную защиту в реализации европейских правовых положений и являющийся полифункциональным органом правосудия, который в научной литературе еще недостаточно изучено. Европейский Суд представляет собой специфическую судебную систему, сложившуюся на стыке международного права и внутригосударственного права государств-членов Европейского Сообщества, которая обладает самостоятельными источниками и принципами. Его функциями является следить за соблюдением права при интерпретации применении договоров, разрешение споров и готовить экспертные заключения. В связи с этим следует отметить, что в одной статье невозможно рассмотреть все аспекты деятельности Европейского Суда, которые имеют важные значения в правовом обеспечении интеграции между государствами Евросоюза. Поэтому в статье я хотел бы рассмотреть только некоторые моменты роли Европейского Суда в интеграционном процессе - в строительстве единой Европы . Правовой основой создания и функционирования Европейского Суда являются многосторонние соглашения, способ заключения и вступления в силу которых вписывается в традиционно принятые категории международных договоров. В этой связи его первоначальная задача, как международного регионального суда, состояла в урегулировании эвентуальных споров между государствами западноевропейских объединений, предусматривающих интеграцию в различных секторах экономики и подразумевающих последующую политическую интеграцию. При этом его юрисдикция по целому ряду вопросов является исключительной, а его решения для сторон разбирательства носят обязательный характер. Вместе с тем, учитывая правовую систему Европейского Сообщества, находящуюся на стыке национального и международного права, и широкий круг предоставленных учредительными соглашениями Европейскому Суду полномочий, необходимо отметить, что его компетенции не ограничены вопросами разрешения межгосударственных споров лишь экономического или торгового характера. В действительности, наднациональный судебный орган Сообщества синтезирует, помимо доктринальных конструкций международ-ного права, основные принципы национальных общеправовых и конституцион- ых традиций и моделей судебной системы, и представляет в определенной сте-пени симбиоз накопленного теоретического и практического опыта государств-участников в этой сфере. Это находит свое подтверждение в многообразии его компетенций, позволяющих выявить его отличительные черты и особенности, а также выделить его среди других международных и региональных судов. Ключевым элементом в эволюции созданной европейской правовой системы, как и любой национальной правовой системы, во многом зависит от организации эффективного и адекватного судебного контроля и доступности судебной защиты, что в целом способно гарантировать соблюдение предоставленных прав, сохранить установленный баланс интересов наднациональных институтов, государств-членов и частных (юридических и физических) лиц и предотвратить или устранить случаи нарушения. Данный принцип изначально заложен в основу функционирования Европейского Суда, что позволяет подчеркнуть не только экономический и политический контекст развития европейских интеграционных объединений, но также дает возможность квалифицировать их в качестве правового сообщества. Кроме того, в первые годы его деятельности прослеживаются большое влияние и подходы национального права европейских стран, что было вполне естественным и закономерным. В последующем, исходя из его ключевой роли при интерпретации положений учредительных договоров и иных нормативно-правовых актов органов Европейского Сообщества, и в результате наработанной собственной практики, Европейский Суд своими решениями оказал непосредственное воздействие на внутригосударственный правовой порядок стран Евросоюза. Тем самым, можно констатировать, что Европейский Суд, призванный обеспечить единообразное толкование и применение норм европейского законодательства, превратил европейское право в действенный инструмент европейской интеграции. Является примечательным и то обстоятельство, что при разрешении споров Европейский Суд всегда учитывает существующие реалии и уровень интеграции, в какой-то степени приспосабливая европейское законодательство к условиям поэтапной передачи части суверенных прав государств-членов в пользу наднациональной региональной организации. При этом, он проявляет прагматизм, а порой и новаторство, наполняя и конкретизируя содержание норм европейского права, раскрывая их потенциальное назначение, что бесспорно подтверждает его важный вклад в формирование европейского правопорядка [2] как составной части международного права. Активное участие судебной инстанции в европейской нормотворческой деятельности выражается в том, что, вынося решения, Европейский Суд одновременно раскрывает полный объем и смысл европейских установлений. Это в свою очередь позволило особенно в течение первых двух десятилетий, когда европейское строительство было частично парализовано из-за отсутствия дополнительных нормативно-правовых актов, восполнить последствия опоздания принятия необходимых законодательных мер на уровне Европейского Сообщества и европейскому интеграционному процессу реализовываться без затруднений. Таким образом, несмотря на отсутствие издания нормативно-правовых актов органами ЕС, Евросоюза, Европейский Суд, следуя принципам правового государства, в котором судебная инстанция никогда не вправе отказать в отправлении правосудия, своими решениями должен был восполнить пробелы в учредительных соглашениях, актах вторичного права и бездействие других институтов в нормотворческой сфере. В этих условиях европейская судебная практика приобретает очень большую важность и актуальность в правовом обеспечении интеграции и в решении целого ряда возникших проблем по данному поводу. 1960-е годы ознаменованы известными судебными решениями, которые на практике утвердили верховенство европейского права перед национальным и принцип прямой применимости и прямого действия норм европейского права на территории государств-членов, автономный характер европейского правопорядка относительно международного и национального. Благодаря данной судебной практике частные (юридические и физические) лица, а не только государства, как традиционно принято в международном праве, вправе обратиться в Европейский Суд с требованием надлежащего применения европейских директив и регламентов. Можно сказать, что в большей части именно благодаря Европейскому Суду европейский внутренний рынок начал реализовываться и приобретать реальные очертания начиная с 1980-х годов. Осуждая государственную монополию стран ЕС в некоторых секторах экономики, Европейский Суд систематически излагал точку зрения в пользу свободной конкуренции в масштабах единой Европы. Судебная практика имеет не менее важную роль и в вопросе регулирования единого рынка труда и соответственно единой социальной политики. В течение 1970-1980-х годов Европейский Суд дал толкование европейских норм в пользу свободного передвижения рабочей силы, устранения национальных барьеров, ограничений и любых форм дискриминации. Усилив права мигрирующих внутри Сообщества работников, Европейский Суд внес заметный вклад в прогресс Европы граждан и в какой-то мере предварительно подготовил почву для введения европейского гражданства, официально признанного Маастрихтским договором. Кроме того, наблюдается расширение компетенций Европейского Суда, сочетающего признаки международной, конституционной и административной юрисдикции [3]. В теории и практике появилось и все более утверждается новое явление - европейская наднациональная судебная инстанция, по своей природе и свойствам отличная от ранее известных международных или региональных судебных учреждений. Этот феномен имеет свои собственные основания, организационные формы работы и методы функционирования. Однако, Европейский Суд не может быть рассмотрен в качестве верховного суда Сообщества, поскольку его компетенции не носят общий характер, т.е. не распространяются на гражданские или уголовные правоотношения. В этом вопросе Европейский Союз применяет принцип субсидиарности, предусматривающий, что некоторые основные компетенции по-прежнему остаются за государствами-членами. Представляется вполне очевидным, что Европейский Суд добился признания за собой качества главного звена в механизме гаранта институционального равновесия и баланса в ЕС, Евросоюзе, и, соответственно, способствовал укреплению его институциональной системы. Так, Европейский Суд в своих решениях, еще до внесения необходимых изменений в конститутивные соглашения, признал за Европарламентом качество привилегированного истца. Наряду с этим, европейская юрисдикция уделяет важное место национальным судам, которые она рассматривает в качестве европейских, поскольку именно им надлежит применять европейские нормы в своих странах при возникновении коллизий между европейским и национальным правом. Необходимо подчеркнуть важность и значимость такой формы сотрудничества между национальными судебными органами и Судом Евросоюза, как преюдициальная процедура, минимизировавшая риск дробления европейского права при его применении. И наконец, Европейский Суд все более входит в ранг конституционного суда. На практике, толкование ряда положений конститутивных соглашений и других заключенных в рамках Сообщества дополнительных договоров, как например о бюджетных полномочиях Европарламента, неизбежно породили вопросы относительно уточнения и разделения компетенций между европейскими институтами и государствами Евросоюза. В связи с этим, Европейский Суд был вынужден рассмотреть и принять окончательное решение по направленным ему вопросам относительно институционального равновесия и баланса между органами ЕС, Евросоюза, тем самым сыграть роль, сравнимую с органом конституционной юстиции. Изучение опыта и проблем роли Суда в интеграционном процессе Европы на конкретных материалах позволяет мне также высказать некоторые рекомендации и предложения. Прежде всего, представляется целесообразным устранить существующее противоречие между Статутом и Процессуальным регламентом Суда Евросоюза. Так, Статут предусматривает однозначно, что процедура судебного разбирательства состоит их двух стадий - письменной и устной. Одновременно с этим, Процессуальный регламент допускает в ряде случаев возможность не приступать к устному судопроизводству. Поэтому, в целях устранения данного противоречия необходимо внести аналогичное уточнение и в Статут Европейского Суда Справедливости. Наряду с вышеизложенным, решение Европейского Суда наделено обязательной силой исполнительного документа, но это не означает, что автоматически существует возможность прибегнуть к принудительному исполнению. В действительности, только частные лица могут быть принуждены исполнить судебное решение. Принудительное исполнение регулируется в соответствии с нормами гражданско-процессуального права, действующим на территории государства- члена, в котором оно имеет место. Касательно случая, когда стороной, проигравшей дело, является институт или государство-участник Евросоюза, возможность прибегнуть к принудительному исполнению судебного решения не установлена. Несмотря на предоставленное Европейскому Суду право наложить на государство- нарушитель обязательство уплатить штраф, в случае невыполнения последним его решения, запоздалое или несвоевременное исполнение государством судебных решений может привести к тому, что установление правосудия и удовлетворение исковых притязаний может стать просто символическим. В этой связи, необходимо установить более строгий механизм исполнения государствами участниками судебных решений. Ввиду того, что правотворческая и правоприменительная деятельность Европейского Суда представляет собой один из ключевых факторов поступательного развития и обеспечения европейской интеграции, полагаю, что при преподавании студентам курса Европейское право целесообразно уделить большое внимание Европейскому Суду и его судебной практике. По моему мнению, именно изучение судебной практики позволяет шире и всесторонне рассмотреть нюансы и особенности эволюции правовой и институциональной системы Евросоюза, поскольку именно в ходе правоприменительной деятельности Европейского Суда выявляются и уточняются основные правовые проблемы интеграции, и иногда предопределяется последующая доктрина развития европейских объединений. На основе опыта функционирования европейской судебной инстанции считаю возможным создать наднациональный суд Евразийского Экономического Сообщества (далее - ЕвразЭС), Евразийского Экономического Пространства (далее - ЕЭП). При этом, на мой взгляд, наибольший интерес представляет преюдициальная процедура, исключающая иерархическую подчиненность между судебными органами, которая может стать первым шагом на пути эффективного правового обеспечения интеграции на постсоветском пространстве. В целях единообразной интерпретации создаваемых правовых норм в рамках ЕвразЭС, ЕЭП, а также с целью не допустить расхождений в правоприменительной практике необходимо предусмотреть преюдициальный иск о толковании, и наделить данное судебное решение обязательной юридической силой. Вместе с тем, определенные выводы и проведенные мною обобщения могут быть учтены в развитии отношений между Азербайджаном, Евросоюзом и его странами, при установлении связей между юридическими лицами обоих сторон. Видение в Европейском Суде качества органа конституционной юстиции, позволяет предполагать дальнейшее расширение его полномочий под воздействием нескольких факторов. Если Евразийский Суд может быть определен как конституционный, то неизбежно возникает проблема взаимодействия между правом Сообщества и конституционным правом государств-членов. Конкретизация европейского строительства выражается в постепенном расширении компетенций Европейского Сообщества на сферы, в которых общие и совместные действия не были ярко выражены и прямо предусмотрены, как при реализации единого внутреннего рынка. Подобная конкретизация европейского строительства вписывается в контекст, который предусматривает постепенную и дополнительную передачу части национальных компетенций наднациональным институтам, т.е. определенную централизацию полномочий органов Евросоюза. Это вызывает обеспокоенность у некоторых национальных судов [4], и в частности конституционных, которые предпочитают сохранить за собой возможность оспорить принцип верховенства европейского права в случае централистских тенденций. В остальном положения учредительных соглашений относительно полномочий уточняют, что они должны осуществляться в соответствии с принципом субсидиарности. В этих условиях, Евразийский Суд должен будет все чаще рассматривать споры о распределении компетенций между Сообществом и государствами-участниками. Однако, сложность состоит в том, что правомочна ли судебная инстанция осуществлять контроль, с каждым разом больше основывающийся на политической, экономической и социальной оценке комплексной ситуации. Аналогичное ситуация возможна и тогда, когда европейская интеграция выйдет за пределы сугубо экономического характера, и в этом случае Европейский Суд будет призван осуществлять юрисдикционные полномочия в сфере основных прав человека. Касательно судебного контроля над законностью принимаемых органами Европейского Сообщества актов можно сказать, что он постепенно осложняется в связи с комплексностью процедуры принятия актов, а также в связи с расширением полномочий и участием Европарламента в данной сфере. Влияние последнего фактора уже ощутимо, если учесть предоставленное ему право выступать в качестве истца. Нагрузка на Суд Европейского Союза была частично снята после создания при нем Трибунала первой инстанции, который однако в свою очередь также столкнулся с постоянным ростом количества поступающих на рассмотрение дел, имеющим отношение к разным областям интеграции. К постоянно растущему количеству дел следует добавить проблемы расширения состава Европейского Союза, что возможно тоже повлияет на количественный рост поступающих дел. С другой стороны, то обстоятельство, что в Евразийском Суде имеются представители различных правовых систем государствучастников является важным элементом его легитимности на наднациональном уровне. Вместе с тем, усиление конституционной роли Суда Европейского Союза рискует столкнуться со сложностями с точки зрения, сможет ли он продолжать далее играть роль гаранта правового сообщества. Во-первых, это связано с тем, что из круга его компетенций исключены вопросы, не относящиеся к Сообществу - предпринимаемые меры по поводу сотрудничества в сфере органов юстиции, внутренних дел и миграции. Данные меры прямо соприкасаются с проблемой личных свобод граждан, и представляется парадоксальным, если они не будут предметом единообразного судебного контроля на всей территории Европейского Союза, и в этом смысле Амстердамский договоров предусмотрел определенный прогресс. В последнее время решения Европейского Суда оказывают большое влияние на формирование общественного мнения, тем самым формируя в сознании людей не просто идею единой Европы, но и правовой Европы. В сфере конституционного и административного права государствучастников и Евросоюза существуют тенденции не только следования общим правовым стандартам, но и взаимодействия между европейским и национальными судами в области юрисдикционного контроля [5]. Однако, Европейскому Суду в этой области предстоит пересмотреть свои позиции по вопросам применения общих принципов европейского права в тех сферах, которые не находятся в компетенции Сообщества. Одним из факторов, способствующих избежанию конфликта, является европеизация национального права. Однако, существует также необходимость в более определенной конституционной основе регулирования процесса европейской интеграции. В любом случае, возникающие проблемы и сложности не являются непреодолимыми. Но также не исключено и то, что в условиях усиливающейся политической интеграции Европейский Суд, ранее проявлявший смелость и порой новаторство при разрешении определенных споров, станет проявлять большую осторожность и осмотрительность по сравнению с прошлыми периодами. Разумеется, Европейский Суд и его роль подвергается да и не может не подвергаться изменениям, в ней найдут отражение ответы на новые вызовы времени, но именно он останется главным гарантом судебной защиты европейского права и его единообразного применения на всей территории Евросоюза. Вероятно, через некоторое время, учитывая углубление интеграционных процессов, его полномочия предстанут в более широком аспекте. Непременным условием успеха в этом направлении остается, как и ранее, последовательность и поэтапность развития интеграционных процессов в сочетании с осторожностью и эволюционным подходом к самому развитию Европейского союза. Многое зависит от того, будет ли выбор сфер европеизации права отражать действительно насущные нужды интеграции и будут ли найдены или возникнут ли дополнительные реальные, а не мнимые, точки соприкосновения в данном вопросе. В этой связи, необходимо установить более строгий механизм исполнения государствами-участниками судебных решений. Таким образом, на основе проведенного анализа особенностей роли Европейского Суда в интеграционном процессе общества позволяет сделать вывод, что Европейский Суд в контексте международного права занимал и будет занимать особое место как в углублении интеграции между государствами-участниками Евросоюза, так и в соблюдении европейских правовых норм и в их развитии. И данный аспект, по моему мнению, заслуживает пристального внимания, поскольку представляет собой богатый апробированный опыт, который может быть учтен в вопросе интеграции в рамках ЕврАзЭС, ЕЭП, а так же в совершенствовании судебной власти Азербайджана и Казахстана.

 

Литература:

1. Delpеrеe F. Le fеdеralisme en Europe.

Paris: PUF, 2006, P.79.

2. Burban J. L. Les institutions europеens.

Paris, 2002, P. 53-54.

3. Абсаттаров М.Р. Суд Европейских

Сообществ: теория и практика. Алматы:

 2007, С.274-302.

4. Donnat F. Contentieux communautaire

de l'annulation. Paris, 2008, P. 145-146.

5. Rideau J. Droit institutionnel de l'Union

et des Communaut?s Europеennes. Paris,

2007, P. 505-508.

 

MÜNDƏRİCAT

 
The chairman of scientific council


PAŞAYEV A.M.

Hava haqqında
Diqqət

Müəlliflə redaksiyanın mövqeyi uyğun olmaya bilər.

Göndərilən əlyazmalar, fotolar geri qaytarılmır.